Проснувшись в больничной палате после несчастного случая в музее, Вадим с ужасом понимает, что мир вокруг него кардинально изменился. Тяжелая статуя, упавшая на него во время ограбления, не только нанесла физические травмы, но и пробудила странный, почти невыносимый дар. Предметы вокруг заговорили – стул жаловался на усталость, часы ворчали о небрежном обращении, а больничная тумбочка делилась сплетнями, услышанными за годы службы. Этот непрекращающийся шум в голове, хаос голосов неодушевленных вещей, грозил свести его с ума, превратив жизнь в кошмар. Отчаявшись найти покой, Вадим обращается за помощью, и его психотерапевт, скептически относясь к заявлениям о говорящих предметах, но стремясь дать пациенту почувствовать ответственность, находит необычное решение. Он отправляет Вадима к Инге Леонидовне, владелице антикварного салона, которой требуется ответственный смотритель для охраны коллекции ценных, арендованных для выставки вещей. Тихая работа вдали от людской суеты кажется идеальным убежищем, последней надеждой на спокойствие. Оказавшись среди молчаливых, на первый взгляд, антикварных сокровищ, Вадим постепенно обнаруживает, что его дар – не проклятие, а уникальный инструмент. Старинные вещи в салоне Инги Леонидовны – часы, шкатулки, картины – хранят не только материальную, но и историческую ценность, будучи немыми свидетелями прошлого. Благодаря своей способности Вадим начинает слышать их истории, узнавая подлинное происхождение предметов, скрытые механизмы или даже следы давних преступлений. Эта невероятная возможность не только помогает ему блестяще справляться с обязанностями хранителя, предотвращая кражи и находя потерянные реликвии, но и медленно меняет его самого. Из замкнутого и одинокого человека, подавленного грузом необычного восприятия мира, он превращается в уверенного специалиста, чей талант оказывается бесценным. Постепенно налаживается его общение с внешним миром, в том числе и с самой Ингой Леонидовной, мудрой и понимающей женщиной, которая видит в нем не странного пациента, а одаренную личность. Его дар становится ключом к разгадке не только музейных тайн, но и к решению его собственных, давно назревших жизненных проблем, открывая путь к искренним отношениям и, возможно, к настоящей любви, которая, как оказывается, может быть так же тиха, глубока и полна смысла, как шепот старинной вещи, доверяющей свою историю единственному, кто способен ее услышать.